Новость из категории: Книги

Язык шипов. Полуночные сказки и тёмное волшебство - Ли Бардуго

Язык шипов. Полуночные сказки и тёмное волшебство - Ли Бардуго

Сказки Ли Бардуго — часть её вселенной магов-гришей. В этом же мире происходит действие книг «Шестёрка воронов» и «Продажное королевство», а также трилогии об Алине Старковой. Но если «Шестёрку» и «Продажное королевство» можно причислить к авантюрным романам с необычным сеттингом, а истории об Алине — к юношескому фэнтези с романтическим уклоном, то сказки остаются сказками, невзирая на обстановку.

Как в любом уважающем себя сказочном мире, в мире Бардуго есть королевы и короли, нелюбимые дочери и хитроумные младшие сыновья, монстры и ведьмы, маги и говорящие звери. И зверям надо победить охотника, жителям города — спастись от монстра, нелюбимой дочери — обрести счастье, а хитроумному младшему сыну — власть. Только вот счастье может оказаться совсем не таким, каким его представляли.

Завязки в этих сказках, на первый взгляд, привычные, сказочные. В подвалах дворца, в лабиринте, заперт звероподобный монстр; нелюбимая дочь по жизни перепачкана в золе, но получает шанс выйти за принца; в лесной чаще в красивом домике живёт ведьма, а в окрестных деревнях лютует голод; юная девочка влюбляется в уродливую, но храбрую куклу; русалки выбираются на берег, чтобы понять, на что они способны, и обрести свою любовь. Ли Бардуго не стесняется заимствовать сюжеты: монстр из лабиринта напоминает минотавра, Щелкунчик без вариантов отсылает к Гофману, русалки — к Андерсену, лесная ведьма — к братьям Гримм.

Что действие сказок происходит в мире гришей, мы понимаем не сразу, только по косвенным упоминаниям: мудрая старуха жуёт аутентичный для этого мира наркотик , местный Щелкунчик мечтает попасть в Кеттердам — тот самый город, где происходит часть событий «Шестёрки воронов» и «Продажного королевства». Равка — родина гришей, страна, тщательно стилизованная под царскую Россию, — появляется в тексте не сразу и мельком: Бардуго просто обозначает место действия очередной сказки.

Пытаясь сохранить атмосферу исходных историй и привнести в них нечто новое, Бардуго смешивает тростниковый сахар и пельмени, европейские и советские имена (одну из героинь зовут Лара Деникина), избы и башмаки. Сами завязки тоже перемешиваются: история условного минотавра переплетается с вариацией сказки о Золушке, история русалочки — со сказкой про непутёвого, но очень хитрого младшего сына. У более или менее привычных персонажей появляются неучтённые родственники, друзья и соратники, сюжеты дополняются побочными ветками. Концовки в итоге тоже получаются неожиданные — неприступная красавица обретает счастье не в браке, а в одинокой жизни на берегу моря, а лучшим другом Щелкунчика оказывается не кто иной, как Крысиный король. Но хотя большинство развязок и отличаются от традиционных, они остаются по-архаичному жестокими: в мире Бардуго никакой охотник уже не спасёт условную Красную Шапочку, съедена — значит, так тому и быть. Всё это вместе — гибрид привычных и новых деталей, переплетение сюжетов, первобытная жуть — придаёт сказкам Ли Бардуго странное очарование.

Слово творца
Главным негодяем я всегда считала отца Гензеля и Гретель, слабовольного труса, который дважды позволил своей бессердечной жене отправить детей на верную смерть в глухом лесу. «Не возвращайтесь!» - шептала я, переворачивая последнюю страницу с неизменной иллюстрацией счастливого финала: радостный отец воссоединяется с детьми, гадкая мачеха изгнана. Закрыв книгу, я каждый раз испытывала некое смутное беспокойство. Именно это беспокойство во многом направляло меня при создании данного сборника сказок - та тревожная нотка, которая, уверена, слышится многим из нас в хорошо знакомых историях.

Вердикт

Ли Бардуго попыталась рассказать старые истории на новый лад, перенеся их в собственный мир. Получилось занимательно и оригинально — в общем, хорошо.


Итоговая оценка: 8 баллов из 10!

Рейтинг статьи

Оценка
5/5
голосов: 1
Ваша оценка статье по пятибальной шкале:
 
 
   

Поделиться

Похожие новости

Комментарии

^ Наверх