Новость из категории: Информация

Становление киберпанка

Становление киберпанка

Если провозвестниками киберпанка были самые разные люди, часто не только не понимающие, что именно они делают, но и не знающие друг о друге, то его идейными вдохновителями, теоретиками и практиками стали несколько человек, которые были хорошо знакомы между собой, принадлежали к одному поколению, регулярно встречались на одних конвентах, читали одни книги и любили одну музыку. Жанровую революцию они творили с уверенностью и вполне осознанно. Невозможно рассказать о ком-то одном из них, не вспоминая остальных. Поэтому мы будем рассказывать обо всех сразу.

Три кибермушкетёра


Термин «киберпанк» придумал Брюс Ветке, во многом и оставшийся в истории фантастики благодаря этому слову. Так назывался его рассказ, опубликованный в 1983 году в журнале Amazing Stories (написан он был, впрочем, ещё в 1980-м). Главным героем рассказа стал хакер, хотя в тексте его ещё так не называют - это словечко из жаргона студентов Массачусетского технологического института стало массовым только с выходом фильма «Хакеры» (1995). Позже рассказ превратился в цикл, а в 1989 году - в одноимённый роман.

Становление киберпанка
Предисловие к «И пришёл город» написал Уильям Гибсон

Ещё раньше, в 1981-м, легендарный редактор Гарднер Дозуа, с его тонким чутьём на новые таланты и свежие тренды, назвал роман Джона Ширли «И пришёл город» (1980) «панковской НФ», - а потому спустя два года он радостно подхватил и популяризовал словечко Брюса Ветке. Слово «панк» к тому времени уже прочно вошло в лексикон: неформальное движение, зародившееся в Британии 1970-х, среди разочарованных в жизни молодых людей из рабочего класса, стало синонимом агрессивного нонконформизма. Панк пришёл и в музыку, и в моду, — оставалось дождаться его в литературе.

Однако точкой отсчёта для киберпанка стало не появление названия, а судьбоносная встреча двух писателей-фантастов: теоретика и практика, интеллектуала с университетским образованием и хиппи-автостопщика, поступившего в колледж только ради стипендии. Первый - Брюс Стерлинг, второй — Уильям Гибсон.

Становление киберпанка
Колыбелью киберпанка стал Ванкувер - этот канадский город легко представить в роли мегаполиса будущего

Они встретились на одной фантастической тусовке в Денвере, штат Колорадо, осенью 1981 года. На самом деле они были уже заочно знакомы по переписке: их «представил» друг другу третий «мушкетёр» — писатель Джон Ширли, с которым Уильям Гибсон познакомился на небольшом конвенте в Ванкувере, где тогда жил. Гибсон и Ширли быстро подружились, и именно Ширли убедил Гибсона всерьёз заняться писательством и во многом повлиял на него.

У двух фантастов совпадали вкусы - и в музыке (Гибсон любил панк-рок и нью-вейв, а Ширли был единственным настоящим панком среди своих «кибер»-коллег), и в литературе. Как вспоминал Ширли: «Мы с Гибсоном были единственными участниками конвента, знающими, кто такой Уильям Берроуз, и не путающими его с Эдгаром Райсом Берроузом».Да и жизненный опыту них похож: оба в юности тусовались с неформалами, обоим есть что рассказать об опытах с расширением сознания (Ширли в своё время даже лечился от наркозависимости).

Становление киберпанка
Гибсон недолюбливает посткиберпанков, но с некоторыми дружит - например, с фантастом-программистом Кори Доктороу. С ним Гибсон консультировался во время написания «Страны призраков»

Что до Стерлинга,то к моменту знакомства с Гибсоном он был уже состоявшимся писателем.У него был собственный любимый мир, к которому он то и дело возвращался в рассказах, - вселенная шейперов и механистов, в 1985 году описанная в романе «Схизматрица». Но в старой доброй научной фантастике и даже в «новой волне» ему чего-то недоставало. Встретившись с Гибсоном, он сразу понял, чего именно.

Джон Ширли

Становление киберпанка

Этого писателя у нас знают куда хуже, чем он того заслуживает. Роль Джона Ширли в становлении киберпанка не менее важна, чем роль Гибсона и Стерлинга. К сожалению, на русский из его текстов переводили только роман «И пришёл город», несколько рассказов и кое-какие романы ужасов (Ширли считается ещё и одним из патриархов сплаттер-панка наравне с Клайвом Баркером), а трилогия «Песнь под названием Юность», которую сам Ширли считает лучшей в своём творчестве, существует только в любительском переводе.

Джон Ширли родился 10 февраля 1953 года в Хьюстоне (Техас) и вырос в Портленде (Орегон), затем некоторое время жил в Нью-Йорке и в конце концов обосновался в Ванкувере. В семидесятые увлёкся музыкой, пел в нескольких панк-группах и писал для них песни. Впоследствии перешёл от панка к металлу и прог-року и обрёл некоторую известность как автор песен - в частности, его перу принадлежит пара десятков текстов для группы Blue Oyster Cult, на творчестве которой выстроен роман Роулинг «На службе зла». Кроме того, он стал одним из авторов сценария фильма «Ворон» (1994) и написал несколько новеллизаций, включая «Константина» по одноимённому фильму с Киану Ривзом.

Свой первый роман Dracula in Love («Влюблённый Дракула») Ширли написал в восемнадцать лет, хотя осмелился его издать только в 1979 году, когда уже вышел его Transmaniacon - один из образцов протокиберпанка. Уильям Гибсон, друг Ширли, написал предисловие к ещё одному такому образцу — «И пришёл город» (1980). В этом романе уже есть то, чем славен киберпанк, от атмосферы «техно-нуара» до деталей вроде встроенных в глазницы зеркальных линз, которые позже перекочуют в тексты Гибсона. Но есть и то, что отличает самого Ширли, — в частности, обилие музыкальных отсылок к самым разным жанрам, от панк-рока до пауэр-метала, и психоделическое безумие образов.

Ныне Джон Ширли продолжает писать, а также выступает с собственной группой. Живёт в Ванкувере с женой Микки, отец троих детей.

Мир сквозь зеркальные очки


В день знакомства Уильям Гибсон прочёл Брюсу Стерлингу свежий рассказ «Сожжение Хром» - один из двух текстов, с которых официально начался киберпанк. Второй, «Джонни Мнемоник», был напечатан ещё раньше, в том же 1981-м. Хакеров в этих рассказах называют «крэкерами» — этот термин не прижился, в отличие от другого слова, изобретённого Гибсоном: «киберпространство».Так он назвал умозрительную реальность, которая визуализирует операционные процессы компьютерных сетей.

Становление киберпанка
«Нейромант» - первый роман трилогии «Киберпространство», в которую также входят «Граф Ноль» и «Пона Лиза Овердрайв»

В 1984 году вышел роман «Нейромант», получивший «тройную корону» (три главные НФ-награды — «Хьюго», «Небьюлу» и премию Филипа Дика) и подаривший миру одну из лучших первых фраз в истории литературы: «Небо над портом было цвета экрана телевизора, настроенного на пустой канал». За год до этого Руди Рюкер написал роман «Софт», а Грег Бир - повесть «Музыка в моей крови», и оба произведения выиграли кучу жанровых премий. А в 1986 году появилась программная антология «Зеркальные очки», составленная Брюсом Стерлингом, который взвалил на себя нелёгкое бремя теоретика и культуртрегера нового литературного течения. С этой целью он взялся выпускать фэнзин «Дешёвая правда», для которого писал хлёсткие статьи-манифесты под псевдонимом Винсент Омниаверитас (от латинского выражения vincit omnia veritas - «правда побеждает всё»).



В год триумфа «Нейроманта» всё тот же Гарднер Дозуа написал статью в Washington Post под названием Science Fiction in the Eighties («Научная фантастика восьмидесятых»), в которой назвал пять фамилий киберпанков: Стерлинг, Гибсон, Шайнер, Кэдиган, Бир. Обычно к ним добавляют вышеупомянутых Руди Рюкера, Джона Ширли и Брюса Бетке,а в «Зеркальных очках» засветился ещё и Пол Ди Филиппо - автор, с трудом помещающийся в какие-либо жанровые рамки.

У «могучей кучки» новых авторов определённо было нечто общее - и отнюдь не только одержимость компьютерными технологиями («кибер») и бунтарские, порой откровенно леворадикальные или анархистские идеи («панк»). Хотя техническая сторона киберпанковых миров - все эти нейроинтерфейсы, киберимпланты, взлом компьютерных сетей, виртуальная реальность - воспринималась писателями просто как антураж. Среди них не было никого с техническим образованием - в отличие от авторов Золотого века научной фантастики, например.

Стерлинг, Гибсон и компания были гуманитариями, озабоченными в первую очередь социальными проблемами вроде глобализации и жадности корпораций, а также созданием образа героя нового времени: циника, нигилиста и «бунтаря без причины», одинокого ковбоя цифровых прерий. Киберпространство было для них последним фронтиром, единственным местом, где ещё возможно хоть какое-то подобие свободы в мире, полностью контролируемом властями. Примечательно, что в киберпанковской антиутопии будущего практически отсутствует освоение космоса - этот фронтир стал недоступен человечеству, променявшему свободу на безопасность.

Становление киберпанка
«Острова в сети» до сих пор не переведены на русский

Образцовым текстом киберпанка, наряду с «Нейромантом», стал роман Брюса Стерлинга «Острова в сети» (1988). Действие в нём происходит в 2023 году, когда государства уже борются за власть на планете с транснациональными корпорациями, заменяющими своим сотрудникам и родину, и дом, и семью — и требующими взамен абсолютной преданности. И хотя как предсказатель политического будущего Стерлинг не силён (так, в «Островах в сети» всё ещё существует СССР), в кое-каких деталях он оказался поразительно точен, начиная от неприглядных сторон глобализации и заканчивая техническими девайсами вроде «видеоочков» или «часофона», объединяющего часы,телефон и органайзер, — один в один современные смарт-часы. Наконец, это первый роман, в котором описан практически современный интернет, объединяющий жителей Земли в «глобальную деревню». Люди сто процентов времени подключены к сети с помощью специальных очков - и зависимы от этого подключения: главная героиня романа чувствует себя неуютно уже после часа в «офлайне». Сеть становится местом свободного обмена данными, и в полный рост встаёт проблема сетевого пиратства.

Киберпанки не фантазировали о покорении Галактики, а экстраполировали современные им тенденции в совсем недалёкое будущее. Классический киберпанк - это фантастика «ближнего прицела». В каком-то смысле эти тексты можно читать и вовсе не как фантастику. Атмосферно и сюжетно они больше напоминали «крутые детективы» и вестерны, а высокотехнологичного антуража в них было не так уж много. Поэтому книги Гибсона, Стерлинга, Ширли и Рюкера читали в том числе и те, кто в жизни не открывал ни одного фантастического романа. В этом смысле показательно, что в России многие из этих авторов впервые были изданы в знаменитой «оранжевой серии» Ильи Кормильцева, где выходили в первую очередь контркультурные тексты, а не фантастика.

Становление киберпанка
Фанатам «Нейроманта» многое не понравилось в фильме «Джонни Мнемоник» - в частности, яркую и опасную Молли в нём заменили на заурядную Джейн

Произведения киберпанков были подчёркнуто «аморальны», в них отсутствовало привычное масскульту деление на хороших и плохих парней - в центре киберпанковскоготекста оказался циничный герой-наёмник, продающий свои хакерские умения тому, кто больше заплатит. В рассказе Уильяма Гибсона «Джонни Мнемоник» главный герой именно таков - спасителем человечества его сделали сценаристы экранизации. Герою киберпанка не очень-то охота идти в спасители и тем более в мессии, подобно Нео. Достаточно и того, что его услуги неплохо оплачиваются.

Бпюс Стерлинг

Становление киберпанка

Майкл Брюс Стерлинг родился 14 апреля 1954 года в городке Браунсвилл, штат Техас, на самой границе с Мексикой, и провёл детство в соседнем Галвестоне. В двенадцатилетнем возрасте начал писать, а когда ему было пятнадцать, семья уехала в Индию.Там отец Брюса работал на производстве удобрений, а юный Стерлинг запоем смотрел болливудское кино. Высшее образование он получил на родине - в Университете Остина (Техас), где изучал журналистику и посещал мастер-классы для начинающих писателей. Первый рассказ ему удалось издать уже через год после выпуска, в 1976-м. А через год дебютный роман Стерлинга Involution Ocean («Глубинные течения», или «Океан инволюции») вышел в книжной серии, которую составлял Харлан Эллисон.

На сегодняшний день в активе у Брюса Стерлинга двенадцать романов, включая написанную совместно с Гибсоном «Машину различий», и ворох жанровых премий, в том числе два «Хьюго» за рассказы. Он продолжает писать критические статьи и изобретать новые термины - так, выражение «футуризм Залива», относящееся к современной фантастике Ближнего Востока, придумал именно он.

Женат на сербской писательнице Ясмине Тешанович,живёт в Турине (Италия), много путешествует по миру, выступая на конференциях и читая лекции в университетах.

Симулякр и симуляция


Кино во многом способствовало популярности киберпанка: Уильям Гибсон дописывал «Нейроманта», когда на экраны вышел «Бегущий по лезвию», визуализировавший именно то недалёкое будущее, которое представлял себе писатель. В прокате фильм Ридли Скотта провалился - и получил культовый статус значительно позднее, когда образы и идеи киберпанка прочно вошли в массовое сознание, а сам киберпанк медленно, но верно становился частью поп-культуры.

Когда и как киберпанк превратился в коммерческий продукт и стал попсой, набором хромированных деталек для приключенческого конструктора? Иначе говоря — когда он мутировал в посткиберпанк? Похоже, что этот процесс происходил одновременно с его признанием, когда Гибсон, Стерлинг, Ширли и прочие превращались из странных маргиналов в лауреатов жанровых премий и законодателей литературной моды. Массовый читатель выхватывал из их романов яркие детали - штекеры в мозгу, очки виртуальной реальности, неоновый свет обшарпанных мегаполисов, мафиозные разборки и корпоративный шпионаж. За бортом оставались размышления об отношениях человека и государства, о балансе свободы и ответственности, о социальной несправедливости и перспективах эволюции «цифрового хомо сапиенс».

Становление киберпанка
«Оголённый нерв» - не киберпанк, а боевик в киберантураже

Этот процесс происходил уже в 1980-х, когда приёмы киберпанка брали на вооружение писатели, у которых не было ничего общего с Ширли и Гибсоном — они просто стремились поймать волну.Уолтер Йон Уильямс, уверенный фантаст средней руки, ещё в 1986 году написал роман «Оголённый нерв», полностью сваянный из приёмов и образов классического киберпанка. Тут и антиутопическое будущее, в котором мегакорпорации управляют обнищавшим населением Земли, и столкновения мафиозных группировок, и вживлённые в мозг микросхемы, и киборги, и главный герой — отважный контрабандист по прозвищу Ковбой... В общем, формально все нужные детали на месте, скреплённые бодрым экшеном, - но чего-то важного не хватает. Это уже симулякр, поп-киберпанк, подражание автору «Нейроманта» по форме, но не по сути.

Уильям Гибсон

Становление киберпанка

Уильям Форд Гибсон родился 17 марта 1948 года в крохотном городке Конвей на побережье Южной Каролины. Семья часто переезжала с места на место из-за работы отца - он был менеджером в крупной строительной компании. Когда Уильям учился в начальной школе, его отец умер, подавившись едой в ресторане во время деловой встречи. А когда будущему писателю исполнилось восемнадцать, умерла и мать. Тогда Гибсон бросил престижную закрытую школу и отправился путешествовать автостопом по Америке и Европе в компании случайных попутчиков, битников и хиппи.

В 1967 году Уильям Гибсон уехал в Канаду, спасаясь от призыва в армию. Там он работал продавцом в магазине аксессуаров для курения каннабиса, затем, женившись и став отцом, перебивался перепродажей вещей из благотворительных магазинов. Поступил в колледж ради стипендии - и неожиданно для самого себя стал писателем, сочинив на курсе лекций о научной фантастике свой первый рассказ «Осколки голографической розы».

Романы Уильяма Гибсона объединены в четыре трилогии - «Трилогия киберпространства» («Муравейник»), «Трилогия Моста», «Трилогия Синего муравья» и пока не законченная «Периферийные устройства».

Помимо книг, Гибсон пишет сценарии, - например, он сочинил сценарий к двум сериям «Секретных материалов». Один из самых странных несостоявшихся его проектов - работа над сценарием фильма Рашида Нугманова с Виктором Цоем в главной роли. Во время работы Гибсон съездил в Ленинград, и этот опыт потом отразился в «русских» главах романа «Распознавание образов».

Живёт в Ванкувере с женой Деборой. Отец двоих детей.

Становление киберпанка
«Машина различий» - единственное совместное произведение Уильяма Гибсона и Брюса Стерлинга

Чем дальше,тем больше появлялось подобных вещей,— пока в 1995 году Брюс Ветке, давший киберпанку имя, не похоронил его откровенно пародийным текстом «Интерфейсом об тейбл». Ещё раньше, в 1990-м, Стерлинг и Гибсон спародировали сами себя, написав альтернативноисторический роман «Машина различий», в котором первый компьютер появляется в Британии викторианской эпохи, — но к этой шутке двух умных писателей отнеслись настолько серьёзно, что из неё во многом вырос отдельный популярный поджанр под названием «стимпанк». Кстати, Стерлинг терпеть не мог это слово.

Становление киберпанка
Фильм «Хакеры» (1995) с Анджелиной Джоли и Джонни Ли Миллером сделал хакерскую субкультуру частью мейнстрима

Так или иначе, классический киберпанк оказался слишком суров для этого мира. Или, быть может, всё дело в том, что он слишком быстро стал его частью, и теперь настоящий киберпанк нужно искать вокруг нас, а не в телесериалах про хакеров и андроидов. Как проницательно заметила Пэт Кэдиган: «Киберпанк не умер - он стал материалом для самой реальности».

Пэт Кэдиган

Становление киберпанка

Единственная женщина среди «могучей кучки» первых кибер-панков, Патрисия Орен Кирни родилась 10 сентября 1953 года в городке Скенектади, штат Нью-Йорк, и выросла в Фитчбурге (Массачусетс). В Университете Массачусетса изучала драматургию, а в Университете Канзаса - научную фантастику под руководством писателя и литературоведа Джеймса Ганна. На самом деле она мечтала заниматься наукой, но с детства была неспособна к математике даже на уровне простого счёта (это расстройство называется дискалькулия) - пришлось идти в гуманитарии.

В студенческие годы Патрисия успела выйти замуж за однокашника Руфуса Кэдигана и развестись с ним, оставив себе фамилию, под которой и начала публиковаться. На жизнь она поначалу зарабатывала графическим дизайном и сочинением текстов для поздравительных открыток, а попутно занималась организацией «Ворлдкона» и вместе со вторым мужем Эрни Феннером редактировала пару небольших фантастических журналов. Пэт Кэдиган дебютировала в 1980 году, а уже в 1987-м стала профессиональной писательницей, зарабатывающей исключительно литературным трудом. Интересно, что при всей своей любви к теме отношений человеческого разума и технологий, виртуальной и подлинной реальности («Игроки разума», «Искусники», «Чай из пустой чашки») Кэдиган всегда утверждала, что пишет «твёрдую» научную фантастику, и предпочитала общаться с фантастами старшего поколения - в частности, с Азимовым и Хайнлайном (последний посвятил ей роман «Фрайди»).

Кэдиган удостоилась «Хьюго» и двух премий Артура Кларка. Помимо оригинальных текстов, пишет новеллизации - её перу принадлежит роман о Харли Квинн и об Алите («Боевой ангел Алита»).

Ныне Пэт Кэдиган - подданная Великобритании, живёт в Лондоне с третьим мужем Кристофером Фаулером (тёзкой писателя) и сыном.

Рейтинг статьи

Оценка
0/5
голосов: 0
Ваша оценка статье по пятибальной шкале:
 
 
   

Поделиться

Похожие новости

Комментарии

^ Наверх